Об интерпретациях, приватизациях и преференциях

22.05.2008 г. 

На днях в Информационном центре правительства Москвы состоялась пресс-конференция руководителя Департамента имущества столицы Владимира Силкина на тему «Приватизация государственного имущества города Москвы в рамках Среднесрочной программы приватизации (продажи) имущества города Москвы на 2005-2007 годы».

Вопросы задавались самые разнообразные: начиная от судьбы Московского планетария и заканчивая, почему-то, особенностями работы московской почты. Поэтому выделим наиболее интересные, на наш взгляд, моменты этой встречи.

 

О «коммерсантах» и общественниках

Целый блок вопросов был посвящен преференциям для малого бизнеса. Известно, что Москва заявила - малый и средний бизнес она собирается всячески поддерживать. Три года назад была принята соответствующая программа, которая определила возможные льготы и выделила 18 льготных категорий предприятий малого бизнеса. Также известно, что некоторые (а можно сказать и многие) предприятия-льготники, а также общественные организации, арендующие московские площади по минимальным ценам, сдают часть площадей в субаренду, но уже по рыночным ценам. И тут возникает самый интересный вопрос о возможности выкупа малым бизнесом арендуемых площадей. Будут ли ему даны преференции или нет?

В.Силкин ответил, что в том, что касается льгот для уже существующих 18 категорий льготников, то ситуация не изменится, и никто эти льготы отбирать не собирается. Что же касается сдачи в субаренду, то он считает, что это дело абсолютно противоестественное (даже было употреблено словосочетание «смертный грех»). Действительно, приходит общественная организация, всячески доказывает правительству Москвы свою полезность для города, получает возможность аренды хорошего помещения по льготным ценам, а после этого «забывает» о своих общественных задачах, сдает «свои» площади и комфортно наживается на городской недвижимости. Сегодня это отслеживается, договоры с такими организациями сразу расторгаются и вообще, по мнению В. Силкина, к таким «коммерсантам-общественникам» вполне уместно применение дополнительных санкций.

Теперь о выкупе помещений, арендуемых малым бизнесом и о преференциях в этой области. Посмотрим на конкретные цифры. Всего 4% предприятий малого бизнеса арендуют площади у города (со всеми положенными им льготами и преференциями), остальные 96% вынуждены арендовать их у частников (естественно, без каких-либо преференций). Причины такой ситуации очевидны: помещений у города не хватает. Безусловно, технопарки строятся, соответствующие программы выполняются, но всем понятно, что весь необходимый объем площадей с неба не упадет.

 

Аренда с индивидуальным подходом

Так кто же арендует московские площади? Рассмотрим сектор торговли. Есть городское помещение - магазинчик или кафе, расположенное в удобном месте. На аренду такого строения - минимум 10 претендентов. Но вдруг приходит… 11-й, потрясая ходатайством от «зам. пом. народного депутата чего-нибудь» с устрашающими визами, в итоге он получает это помещение со всеми полагающимися по закону льготами и… начинает круглосуточно торговать в нем водкой либо устраивает салон игровых автоматов. А слегка обжившись, начинает еще и требовать преференций по выкупу. Вопрос: какое касательство к подобному случаю имеют общественные нужды, антимонопольное законодательство и, наконец, просто справедливость? Так что начинать нужно не с уточнения списка преференций и категорий, которым они положены, а с элементарного обеспечения равенства условий доступа к таким «лакомым» площадям. И здесь уместно вспомнить печальный опыт начала 90-х, обогативший русский язык словом «прихватизация». Помните времена, когда существенные площади выкупались буквально по бросовым ценам общественными организациями и бизнесменами, усердно доказывавшими свою полезность городу? А помните, как эти площади едва ли не тут же перепродавались, но уже по ценам коммерческим, на порядок-другой более высоким? После этого вся их «полезность» вдруг испарялась вместе с расположенными на этих площадях магазинами шаговой доступности, детскими садами, всяческими службами быта и прочими необходимыми горожанам структурами.

В этой связи В. Силкин отметил еще один весьма важный момент, касающийся условий аренды и ее приоритетов, а также программы, с которой он собирается в ближайшее время выйти на правительство Москвы. В чем ее суть? Столица любого уважающего себя государства просто обязана быть городом высоких технологий. Москва имеет колоссальный интеллектуальный потенциал, который должен быть использован. Если же он не найдет себе применения, то просто утечет туда, где это применение ему будет обеспечено. И если власти допустят такое развитие событий, то это будет с их стороны как минимум профессиональной непригодностью, а как максимум - должностным преступлением.

Были сделаны соответствующие подсчеты, которые показали, что даже в среднесрочной перспективе (до десяти лет) инновационное предприятие (например, занимающееся медицинскими разработками) просто не может платить аренду (даже льготную), в отличие от торговой точки, занимающейся перепродажей турецкого ширпотреба и круглосуточной торговлей спиртным.

То же самое можно сказать о всяческих спортшколах и прочих подобных структурах, которым площади нужны большие, и поэтому многие из них вынуждены прекращать свою деятельность именно из-за невозможности выплачивать арендную плату. А ведь на таких предприятиях «завязано» здоровье нации и потенциал развития в долгосрочной перспективе. В.Силкин признал, что он, будучи главой соответствующего департамента, находится в двойственном положении: с одной стороны, его обязанность собирать в московскую казну как можно больше денег, а с другой - защищать интересы граждан и государства. Тем не менее, он будет настаивать на серьезных дополнительных преференциях и приоритетах для таких направлений, как наука и спорт.

 

Две большие разницы

Следующий крупный блок вопросов касался проблем выкупа правительством Москвы подмосковных земель. Что интересно, при этом употреблялись такие термины, как «захват» и «вторжение». По этому поводу В.Силкин еще раз подтвердил, что площадей, необходимых для реализации своих программ в пределах МКАД Москве явно недостаточно, и подмосковные земли выкупаться, безусловно, будут. Но он отметил и то, что не один раз заявлялось площади эти будут выкупаться по рыночным ценам и развиваться по Генплану развития, согласованным, в том числе, и с властями области. При этом непременно будут учитываться нужды жителей и Москвы, и области. Так что необходимо четко различать понятия «захват» и «выкуп по коммерческим ценам», а также интересы населения и властные амбиции отдельных управленцев (не удосужившихся, кстати, предпринять за последнее время какие-либо реальные шаги по развитию этих территорий и озабоченных исключительно переделом сфер влияния и проблемой собственной значимости).

Был затронут и вопрос продажи Москвой пакетов акций, принадлежащих городу. В.Силкин подтвердил, что город действительно собирается продать все акции тех предприятий, где он не имеет хотя бы блокирующего (а в некоторых случаях и контрольного) пакета, ибо непосредственная работа в области экономики - это не дело властей, а прерогатива бизнеса. Естественным же исключением из этого списка являются инфраструктурные и жизнеобеспечивающие области, куда входят транспорт, связь, здравоохранение, образование и культура.

 

Экономические меры давления

Руководителю Департамента имущества города было задано также много вопросов, касающихся вывода предприятий и рационального использования московской земли. В этой связи он отметил, что в Москве действительно существуют, чуть ли не квадратные километры земли, находящейся иногда даже в пределах Третьего транспортного кольца, принадлежащие практически бездействующим предприятиям, которые сдают их в субаренду (например, под склады) и вовсе не намерены как-либо развивать их в дальнейшем. Как правило, подобные организации в свое время либо выкупили землю, либо взяли ее в долгосрочную аренду, и как-либо подвигнуть их к выводу из города чисто административными мерами невозможно, ибо соответствующие разделы законодательства надежно блокируют волюнтаризм местных властей (в ряде случаев подталкиваемый каким-либо инвестором, с ними аффилированым).

По его мнению, действовать в таком случае необходимо мерами экономическими, а именно: изменением структуры налогов, с таких предприятий взимаемых. Ведь в общем объеме налоговых выплат предприятий, расположенных в Москве, налог на землю на настоящий момент составляет куда меньшую долю, чем налоги на основные фонды, и поэтому закупать современное дорогостоящее оборудование (да и вообще, вкладываться в наукоемкие технологии) куда менее выгодно, чем сдавать территорию в субаренду. В результате чего городская площадь используется нерационально, а квалификационный потенциал рабочей силы (который в Москве, даже в среднем, несколько выше потребного для работы, например, складским рабочим или работником розничной торговли) не используется вообще.

 

«Прихватизация» по-новому

Также на пресс-конференции были затронуты вопросы, касающиеся выкупа и/или передачи в управление придомовых территорий товариществам собственников жилья. Известно, что наиболее активные товарищества сегодня с цифрами в руках доказывают, что они будут управлять придомовой территорией куда более эффективно, чем нынешние ДЕЗы, и, самое главное, на их стороне новое жилищное законодательство. Тем не менее, их попытки взять землю даже не в собственность, а хотя бы в управление, наталкиваются на подчас непроходимые административные барьеры. В чем причина, и какова же на самом деле политика Москвы в этом секторе? На это В. Силкин ответил, что политика Москвы ни в коей мере не предполагает нарушения или даже обхода жилищного законодательства. Более того, сам В. Силкин считает, что управление придомовыми территориями - это, безусловно, задача не городских властей, а именно малого и среднего бизнеса. Но существуют две веские причины, которые этот процесс сегодня тормозят.

Первая из них - межевание. Эта работу уже ведет Москомархитектура, и единственное, чего она требует - времени и денег, то есть является не проблемой, а текущей задачей, которая по прошествии должного времени будет выполнена чуть ли не автоматически.

Вторая причина гораздо серьезнее. В. Силкин привел конкретный пример (к сожалению, не единичный). Четыре дома образовали ТСЖ и оформили прилегающую территорию (достаточно большую) в собственность. На этой территории находится единственная в микрорайоне прекрасная детская спортивная площадка, оснащенная всем необходимым современным оборудованием. И построена она отнюдь не жителями вышеупомянутого ТСЖ, не на их деньги, а в рамках соответствующей муниципальной программы. И вот в один далеко не прекрасный момент детишки, привычно пришедшие на эту площадку, видят аккуратный заборчик и охранника, заявляющего, что площадка теперь функционирует исключительно для нужд только жильцов ТСЖ, а всем остальным тут делать нечего. Естественно, в мэрию хлынул поток возмущенных писем (и возмущение это было вполне справедливым).

К великому сожалению, у нас пока что управление придомовыми территориями начинается не с грамотного бизнес-плана развития территории, а с возведения как можно более высокого забора (и частенько этим же и заканчивается). Что в этой ситуации делать? Разработать грамотные «правила игры», единые для всех субъектов, желающих управлять придомовыми территориями и не зависящие от форм собственности. Чем в данный момент правительство Москвы и активно занимается.